Донецкий городской благотворительный фонд «Доброта» работает с 1998 года. Всё это время фонд прилагает максимум усилий, чтобы объединить неравнодушных людей для помощи тем, кто в этом нуждается: учреждениям здравоохранения, школам-интернатам и детским садам, приютам и центрам для беженцев, инвалидам и малоимущим семьям с детьми, волонтёрским группам.

Пожертвовать онлайн

 

Сделать добро можно быстро и просто. Мы принимаем онлайн-пожертвования, которые будут превращены в добрые дела.

Выберите платёжную систему

 

Когда фандрейзинг больше, чем фандрейзинг

 

Директор ДГБФ «Доброта», к.м.н. Рогалин Я.Ф.

Как уже упоминалось ранее, фандрейзинг — это не просто очень важный раздел работы организации, он по сути интегрирует стремление ее выполнять свою миссию. Кроме того, справедливо было бы признать фандрейзинг понятием в значительной степени собирательным, объединяющим очень разные пути привлечения средств для существования и развития организации.

Нелишне будет напомнить, что фандрейзинг — это привлечение не только финансов, но ресурсов вообще во всем их разнообразии. Однозначно, чем больше источников ресурсов, методов и способов их привлечения для жизнедеятельности организации, тем устойчивее её развитие. Диверсификация этих источников и методов-способов — залог независимости и гарантия от ресурсных кризисов. Таким образом, устойчиво успешный фандрейзинг предполагает привлечение всего спектра необходимых средств из максимально возможно разнообразных источников и при помощи всех доступных приемов, за исключением, разумеется, насильственных, коим грешат разбойнички и государство.

Виды ресурсов довольно различны:

  1. человеческие (рабочее время, интеллектуальные и физические усилия);
  2. информационно-методические (знания, навыки, технологии);
  3. материальные (товарные);
  4. услуги и работы (с помощью механизмов, усиливающих и ускоряющих человеческий фактор);
  5. финансовые, за которые, собственно, проще всего приобрести все перечисленное в предыдущих пунктах.

Источники ресурсов можно разделить по:

  1. типу их владельца (собственные или чужие);
  2. характеру собственности (личные, коллективные, корпоративные, общенациональные, общечеловеческие в т.ч. «неприватизированная природа»);
  3. отношению к самой организации («ближний круг» — члены самой организации, их родные и близкие и «дальний круг» — другие субъекты, имеющие отношение к виду или территории деятельности организации);
  4. территориальному признаку (дом, улица, район, поселок, город, область и т.д.).

Не менее разнообразны методы мобилизации средств:

  1. безвозвратная помощь во всех её разновидностях (дарение, пожертвование, членские взносы, международная техническая и гуманитарная помощь);
  2. безоплатное предоставление товаров и услуг (ответственное хранение, безвозмездное использование имущества и др.);
  3. возвратная финансовая помощь (кредиты, займы, ендавмент);
  4. пассивные доходы (страхование, роялти, банковский депозит и товарный кредит);
  5. собственная прибыльная деятельность (операции с ценными бумагами, продажа произведенных или покупных товаров, предоставление платных услуг с или без организации дочерних коммерческих структур и т.п.).

К тому же каждый из названных методов мобилизации средств может быть использован с помощью еще более разнообразных способов, приемов и множества ухищрений.

Ну что, утомил классификациями? Между тем, это лишь заведомо неполный обобщенный и сокращенный мной (в попытке придать всему этому хоть какую-то стройность и логический смысл) вариант литературного обзора на тему диверсификации источников, видов и методов привлечения ресурсов для жизнедеятельности НГО/НПО. Стремящемуся преуспеть в устойчиво успешном фандрейзинге придется проявить энциклопедичность познаний и незаурядную практическую разносторонность — что-то навроде Фигаро с его девизом «знанием и умением, сноровкой и терпением». Впрочем, на первых порах достаточно накрепко запомнить, что фандрейзинг всего лишь способ преумножения уже имеющихся у организации ресурсов. Элементарная арифметика учит, что для того, чтобы множитель привел к не нулевому результату, надобно, чтобы множимое (читай — исходный уровень профессионализма организации в менеджменте, маркетинге, PR, и мн. др.) не было равно нулю. И наоборот — чем больше от нуля будет отличаться множитель (читай — фандрейзинговые технологии), тем более весомые ресурсы удастся заполучить. Короче, почти по евангельски «кто щедро сеет, тот щедро пожнет». Жалеть силы и средства на фандрейзинг значит обречь организацию на стагнацию.

Если у читателя еще не остыло святое любопытство на пути к глубокому пониманию фандрейзинга, предлагаю (учитывая явное преобладание среди подписчиков «Перехрестя» функционеров именно неприбыльных организаций, которые, как правило, чураются коммерческой деятельности) более детально изучить источники, виды и методы привлечения благотворительных ресурсов.

Симфония фандрейзинга и филантропии

Симфонія (грец. symphonia — співзвучність) — перен. гармонійне сполучення, поєднання чого-небудь
(Словник іншомовних слів).

Говоря о привлечении филантропических ресурсов, следует понимать, что соискатель пытается убедить потенциального донора сделать пожертвование на поддержку общественно полезной деятельности, а не на саму организацию. Таким образом создаются партнерские отношения донор-реципиент, альтруизм которых ограничен субъективным представлением доноров о правилах делания добра в данный отрезок времени на конкретно взятой территории и сопутствующих иных уже небескорыстных интересов. Со стороны реципиента предполагается добросовестность и реалистичность в избранной общественно полезной деятельности.

Причем, здесь все тот же принцип — успех, прежде всего, ожидает тех, кто уже на деле явил своей практической работой примеры этой самой общественной полезности. Убедительные заверения-обещания быть очень хорошими и полезными, а также исполнение отрывка из арии дона Базилио «дайте мне только денег, а я все устрою» не пользуются популярностью особенно в постсоветских громадах, имеющий богатый и все возобновляемый негативный опыт доверия посулам. Правда есть множество частных примеров, когда этот самый благотворительный ресурс в виде гранта удавалось получать под завирательные идеи, но и здесь требуется известная маститость как в написании заявки-проекта, так и в отчетах и имитации общественно полезной деятельности.

Вообще в оценке этой самой общественно полезной деятельности очень много субъективного, а законодатель до сих пор не удосужился дать ему юридически стройное определение. Впрочем, отсутствие исчерпывающе четкого определения можно рассматривать и как благо, поскольку позволяет опираться на здравый смысл и этику. В любом случае прагматичным содержанием партнерства донор-реципиент является взаимное удовлетворение потребностей: НГО/НПО — в необходимых для функционирования ресурсах, донора — в ощущении причастности к благотворительности. Единственным отличием неприбыльной общественно полезной деятельности от заурядного бизнеса (который тоже, как правило, небесполезен для общества) является то, что целью ее является не извлечение выгоды для учредителей НГО/НПО, а творение добра, т.е. ФИЛАНТРОПИЯ.

Анализируя высказывания ожиданий неофитов от фандрейзинга, неизбежно приходишь к выводу о почти поголовном довольно наивном стремлении по быстрому поднатореть в «сравнительно честных» приемчиках извлечения благотворительных ресурсов из карманов отечественных и зарубежных субъектов (юридических и физических лиц). К великому сожалению, на путь удовлетворения этой примитивной потребности становятся многие авторитетные тренеры и даже целые организации. Уже реализуются проекты (с многотысячным бюджетом!) по обучению «искусству и науке привлечения средств» для всех желающих.

Мне приходилось знакомиться с организаторами и продукцией таких заводиков по производству одноразовых фандрейзеров. Впечатление жалкое и печальное. Очень может быть, что кто-нибудь когда-нибудь кому-нибудь из этой ватаги фандрейзеров-недоучек и пожертвует. Но только однажды! Не беда, что при повторных обращениях их, очень может быть, будут просто бить. Беда в том, что раз обжегшись о такого лихого фандрейзера, благотворитель очень надолго, если не навсегда, теряет вкус и желание к участию в общественной благотворительности.

Закономерно напрашивается вывод о том, что не только учить фандрейзингу может далеко не любой, нахватавшийся книжных знаний и (или) обладатель собственного результативного опыта охоты за грантами. Рискну утверждать, что совсем не любого следует этому и учить. Речь идет, разумеется, не о буквальном лицензировании этой деятельности и законодательного ограничения доступа к знаниям такого рода. Уверен, однако, что в деле преподавания, изучения и осуществления фандрейзинга совершенно невозможно обойтись без корпоративной этики.

Если попробовать в одном предложении выразить важнейший этический принцип фандрейзинга, то я бы сформулировал следующим образом — «если имеешь нахальство обращаться к кому-либо за благотворительной поддержкой своего дела, имей совесть быть открытым, прозрачным, благодарным и отчитывайся, отчитывайся, отчитывайся за каждую копейку». Вообще, «гамбургский счет» абсолютно по всем ключевым вопросам развития и самоочищения Третьего сектора — назревшая и, даже, перезревшая необходимость.

Явно ощущаются завышенные ожидания к фандрейзингу как к таинственно-чудесному средству, позволяющему добиться вожделенных благотворительных ресурсов. Но фандрейзинг не каббала, и не гипноз, и не магнетизм и не каскад факирских приемов. Тот набор брутальных отмычек (высокопарно именуемых фандрейзинговым инструментарием) к сердцам, душам и умам потенциальных благотворителей, которым вооружают своих учеников мастера из «школ фандрейзинга» по большей части либо никуда не годны, либо пользоваться ими толком не обучили. С точки зрения устойчиво успешного фандрейзинга куда важнее понять фундаментальную связь фандрейзинга с культивированием филантропии.

Наш Фонд накопил по оценке отечественных и зарубежных специалистов едва ли не самый большой опыт по инициации и мобилизации добровольных безвозмездных ресурсов на общественно-полезную деятельность в постсоветской громаде. Анализ успехов и неудач на этом поприще дает право утверждать, что фандрейзинговая деятельность затруднена типичными для стран — наследников СССР объективными обстоятельствами (экономический кризис, несовершенство законодательства, относительно малочисленный средний класс и т.п.), на которые НГО/НПО непосредственным образом и быстро повлиять не могут. Вместе с тем, есть целый ряд не менее существенных проблем субъективного характера, на которые можно и должно продуктивно воздействовать:

Перечисленное требует комплексных мероприятий по возрождению и развитию общественной филантропии в постсоветских территориальных сообществах. Скепсис и манкирование по отношению к значимости филантропии почти всегда зиждется на элементарном невежестве. Досадно, но факт, что даже представители форпостов мировой демократии в Украине находятся в плену устаревших представлений и недооценки филантропии как фундаментальной составляющей гражданского общества. Вероятно, родившись и прожив существенную часть сознательной жизнь у себя на родине в атмосфере высокой филантропической культуры и тяготением к волонтерству, они попросту забыли о её чрезвычайной важности, как забывает в повседневности человек о необходимости атмосферного воздуха или земного притяжения.

Весь наш успешный и неуспешный опыт локального фандрейзинга (привлечения благотворительных ресурсов от громады) прямо связан с успешным или неуспешным опытом возрождения и развития филантропии. Более того, считаю общественную филантропию — ресурсно-идеологическими корнями гражданского общества. Поэтому, говоря о фандрейзинге, вынужден хотя бы бегло, но остановиться на основных понятиях филантропии.

 

 

 

 

 

 

Если вы хотите оказать или получить помощь - напишите нам письмо по адресу fund@crf.donetsk.ua или позвоните по телефону (062) 345-02-79

Мы в социальных сетях: Facebook YouTube Вконтакте Живой Журнал

Rambler's Top100 Рассылка 'Социальные новости' Яндекс цитирования